Таким образом, имеющиеся данные пока не позволяют безоговорочно согласиться с В-клеточным происхождением клеток Березовского – Штернберга.
Исследования длительно эксплантируемых клеток селезенки больных лимфогранулематозом указывают на возможное гистио-цитарно-макрофагальное происхождение клеток Березовского – Штернберга. Среди культивируемых клеток были обнаружены одно- и многоядерные клеточные элементы, по цитоморфологическим, цитохимическим и ультраструктурньш признакам сходные с клетками Ходжкина и Березовского – Штернберга. Эти прилипающие к стеклу клетки обладали фагоцитарной активностью и секретировали лизоцим.
Гигантские клетки, описанные Kaplan е al., обладали Fcg- и СЗЬ-рецепторами и были лишены C3d-, Е-рецепторов и поверхностных IgM. Многоядерные клетки, как и одноядерные мононуклеары, обладали способностью к синтезу ДНК, и в них наблюдались фигуры митоза. Авторы пришли к заключению, что эти клетки образовались in vitro из злокачественных клеток Березовского – Штернберга и Ходжкина и являются производными макрофагов или других близких к ним клеток, относящихся к системе мононуклеарных фагоцитов. Long et al. также считают, что такие клетки, обладающие анэуплоидным набором хромосом, высокой активностью неспецифической эстеразы при использовании в качестве субстрата а-нафтилацетата и наф-тол-АБ-Д-ацетата и вызывающие развитие опухолей при гетеротрансплантации у бестимусных мышей, являются злокачественными аналогами макрофагов.

По Kadin et al., выделенные из лимфатических узлов у ряда больных клетки Березовского – Штернберга обладали Fcg- и СЗ-рецепторами. При исследовании в идентичных условиях полученного при биопсии материала способность этих клеток к фагоцитозу была ниже, чем гистиоцитов. При непосредственном микроскопическом исследовании пунктатов явления фагоцитоза в клетках Березовского – Штернберга наблюдаются крайне редко. Имеются также данные сканирующей и трансмиссионной микроскопии, указывающие на то, что клетки Березовского – Штернберга по рельефу клеточной поверхности, числу, размеру и организации цитоплазматических органелл больше напоминали реактивные гистиоциты и клетки при моноцитарных формах лейкозов, чем крупные трансформированные лимфоидные клетки.
Представляется также важным выяснить, отличаются ли клетки Березовского – Штернберга по гистогенезу от других типов гигантских многоядерных клеток, обнаруживаемых при ряде патологических состояний (хронические инфекции, вирусные заболевания).
При цитологическом исследовании клеточных суспензий, выделенных из лимфатических узлов больных лимфогранулематозом, обнаруживали клетки Березовского – Штернберга, окруженные кластерами из лимфоцитов. Методом цейтраферной микрокиносъемки в культуре ткани было показано постоянное движение лимфоцитов вокруг гигантских клеток, с которыми они соединялись с помощью цитоплазматических отростков. Прилипающие лимфоциты по своей природе оказались Т-клетками (Е+Рсо-лимфоцитами). Возможно, что подобным образом лимфоциты получают антигенную информацию от клеток Березовского – Штернберга или их предстадии, а кластеры представляют собой аберрантную форму взаимодействия двух типов клеток в ходе иммунологических реакций.

В этой связи небезынтересно привести результаты исследований сотрудников нашего института В. М. Юдина и С. П. Сидоренко, которые при инкубации взвеси клеток в различных условиях наблюдали присоединение тимоцитоь клеткам периферической крови, лимфатических узлоь, костного мозга, селезенки и к макрофагам тимуса. При этом тимоциты были ориентированы так, что к поверхности макрофагов прилегал участок их цитоплазмы, в котором определялась выраженная гранулярная реакция на кислую фосфатазу. Образование подобных комплексов лимфоцитов с макрофагами называют «гроздеобразованием». Таким образом, по характеру взаимодействия с лимфоцитами клетки Березовского – Штернберга сходны с макрофагами.
Напомним, что способностью «прилипания» in vitro к макрофагам, захватившим специфический антиген, обладают только актигенспецифичные Т-лимфоциты. Учитывая, что при лимфогранулематозе в ряде случаев первичный очаг может локализоваться непосредственно в тимусе, а в большинстве других начальные изменения наблюдаются в тимусзависимых зонах лимфатических узлов и селезенки, позволим себе высказать гипотезу, что источником клеток Березовского – Штернберга могут оказаться непосредственно макрофаги тимуса, если они способны к рециркуляции. Так или иначе, клетки Березовского – Штернберга по характеру распределения конечного продукта реакции в ядрах при гистохимическом определении активности кислой ДНКазы напоминают только макрофаги тимуса и отличаются от подобных клеток, обнаруживаемых в отпечатках лимфатических узлов и селезенки.

В качестве кандидата на роль предшественника, клеток Березовского – Штернберга в последнее время вновь рассматривается также одна из разновидностей клеток стромы лимфоидных органов – так называемая интердигитирующая ретикулярная клетка. Интердигитирующие ретикулярные клетки, подобно клеткам Березовского – Штернберга, с которыми они имеют сходные морфологические и ультраструктурные признаки, как известно, также обнаруживаются исключительно в тимусе и тимусзависимых зонах лимфатических узлов.
Суммируя представленные в литературе данные, следует отметить, что вопрос о происхождении клеток Березовского – Штернберга, несмотря на применение новейших гистохимических, электронно-микроскопических и иммуноморфологических методов, до конца не выяснен. Остается добавить, что в последнее время высказывают предположение, что лимфогранулематоз, включая его гистологические варианты, – гетерогенная группа заболеваний с различными патогенетическими механизмами, характером иммунологических нарушений и разными клетками-мишенями.
Поискам энзимохимических особенностей диагностических клеток Березовского – Штернберга с целью уточнения их гистогенеза были посвящены и немногочисленные гистохимические исследования лимфатических узлов и селезенки при лимфогранулематозе. Значительно меньше внимания уделяли изучению цитохимических признаков различных популяций лимфоидных клеток и гистиоцитов.
Нами с помощью цитохимических методик были исследованы отпечатки лимфатических узлов у 64 больных с различными гистологическими вариантами лимфогранулематоза. У восьми из них дополнительно было проведено комплексное иммуноцитоло-гическое и цитохимическое изучение субпопуляций Т- и В-лимфоцитов с различными поверхностными рецепторами.

Активность пероксидазы в отпечатках лимфатических узлов обнаруживалась в нейтрофильных и эозинофильных лейкоцитах. Положительную реакцию на щелочную фосфатазу давали только зрелые нейтрофильные гранулоциты. При определении кислой РНКазы умеренная или высокая реакция обнаруживалась в клетках Березовского – Штернберга и их одноядерных предстадиях; в лимфоцитах реакция была отрицательной или слабо положительной, в то время как плазма-тизирующиеся клетки давали умеренную реакцию. Хотя активность кислой ДНКазы в клетках лимфоидной популяции значительно варьировала, что могло зависеть от пребывания клеток в различных стадиях клеточного цикла и их пролиферативной активности, реакция на этот фермент в лимфоцитах в целом была выше, чем в клетках Ходжкина и Березовского – Штернберга.
Высокая активность кислой фосфатазы обнаруживалась в клетках Березовского – Штернберга, клетках Ходжкина, макрофагах и гистиоцитах. В лимфоидных популяциях по этому признаку отмечена значительная гетерогенность. Выявлено присутствие лимфоцитов как с отрицательной, так и с положительной реакцией: диффузной, мелкогранулярной или в виде крупных гранул. Бластные элементы обычно давали слабую мелкогранулярную реакцию. При смешанноклеточном варианте отмечено преобладание лимфоцитов с умеренной и высокой активностью кислой фосфатазы, в то время как у других больных большинство лимфоцитов давали отрицательную или слабо положительную диффузную или мелкогранулярную реакцию. При выявлении кислой фосфатазы в присутствии ионов тартрата в абсолютном большинстве клеточных элементов пораженных лимфатических узлов активность фермента не обнаруживалась. В единичных лимфоидных клетках и немногочисленных клетках с отросчатой цитоплазмой, истинных ретикулярных, активность кислой фосфатазы была устойчивой к ингибитору.

Для клеток Березовского – Штернберга и их одноядерных предшественников была характерна интенсивная реакция на неспецифическую эстеразу (от умеренной до высокой), подобная умеренная мелкогранулярная реакция определялась в макрофагах и гистиоцитах. Лимфоидные клетки давали отрицательную реакцию или содержали продукт реакции в виде мелких гранул. Иммунобласты давали слабую мелкогранулярную реакцию на этот фермент. Подобная картина наблюдалась и при выявлении кислой неспецифической эстеразы.
В отпечатках пораженных лимфатических узлов положительная реакция на хлорацетатэстеразу обнаруживалась только в тучных клетках. Активность лейцинаминопептидазы была умеренной в макрофагах и слабо положительной в клетках Березовского – Штернберга, другие клеточные элементы лимфатических узлов давали отрицательную реакцию на этот фермент.
При проведении PAS-реакции в части клеток Березовского- Штернберга определялась диффузная реакция в цитоплазме, а в других – гранулярная на фоне слабо окрашенной цитоплазмы. В некоторых малых и средних лимфоцитах присутствовали также гранулы гликогена.
В клетках Березовского – Штернберга и их одноядерных и двухъядерных предстадиях при окраске по Штокингеру-Кел-лнеру выявлялись крупные компактные ядрышки неправильной фермы и базофильная цитоплазма. В иммунобластах и клетках моноцитарно-макрофагального ряда крупные компактные ядрышки были округлыми, что позволяло отличать их от клеток Ходжкина. Интересно, что в цитоплазме некоторых клеток Березовского – Штернберга и Ходжкина можно было отчетливо видеть как бы захваченные, возможно фагоцитированные, лимфоциты с 1-3 компактными ядрышками. Большинство лимфоцитов в пораженных лимфатических узлах.были макро-нуклеолярными.

В суспензиях клеток пораженных лимфатических узлов, исследованных с помощью иммунологических методов, относительное содержание жизнеспособных клеток варьировало от 72 (вариант лимфоидного истощения) до 94,6%. В целом процентное содержание жизнеспособных клеток у больных с вариантом лимфоидного преобладания было выше, чем в остальных случаях.
Клетки, несущие поверхностные Ig, у 5 больных составляли меньшую часть клеточной популяции, и только при лимфоидной истощении относительное содержание их возрастало до 71%. В этом случае (больной Д-о) гистиоцитарные элементы, присутствовавшие в суспензии, по-видимому, давали ложную положительную реакцию, так как их поверхностные FcG-рецепторы могли быть заблокированы сывороточными IgG. В пораженных лимфатических узлах обычно преобладали лимфоциты с поверхностными IgG. FcG+-, Fcm+- и С3+-клетки составляли небольшую-часть Е – клеток при лимфогранулематозе, и только у трех больных относительное содержание СЗ+-лимфоцитов превышало 24%.
Изучение поверхностных рецепторов клеток Березовского – Штернберга было затруднено, поскольку при механическом получении суспензий клеток пораженных лимфатических узлов гигантские клетки в большинстве случаев не переходят в суспензию или разрушаются. Получение суспензий с помощью ферментов (трипсина, пролазы, коллагеназы и др.) не позволило бы исследовать поверхностные рецепторы клеточных элементов. Однако в некоторых случаях на единичных гигантских клетках, с ядрами неправильной формы (фазовый контраст) были выявлены Ig (слабая или умеренная точечная флюоресценция), FcG-и СЗ-рецепторы, т. е. поверхностные характеристики этих клеток были сходны с В-лимфоцитами.

При цитохимическом исследовании различных видов розеткообразующих клеток было обнаружено, что только у трех больных со смешанноклеточным вариантом лимфогранулематоза: большинство Е+-клеток дают положительную реакцию на кислую фосфатазу. В этих случаях в FcG+-, FcM+- и С3+-лнмфоцитах реакция на кислую фосфатазу колебалась от слабой диффузной до умеренной мелкогранулярной. Единичные клетки, без вышеуказанных рецепторов, по-видимому, плазматические, давали выраженную реакцию на этот фермент в виде гранул,, равномерно распределенных по цитоплазме. У остальных больных Е+-лимфоциты с активной кислой фосфатазой составляли 61.5-87,4%, а субпопуляции В-клеток давали отрицательную-или слабую диффузную реакцию. Следует отметить, что в крупных Т-клетках активность кислой фосфатазы была ниже, чем в малых.
При лимфогранулематозе Е-РОК давали как отрицательную, так и положительную мелко- и крупногранулярную реакции на-неспецифическую эстеразу. Соотношение этих типов Т-клеток у отдельных больных существенно различалось. У трех больных (вариант лимфоидного преобладания) был отмечен низкий уровень Е-РОК с единичными крупными гранулами (от 3,2 до 11,7%), У остальных больных относительное содержание таких Т-лимфоцитов было значительно выше (от 21,3 до 34,7%). Субпопуляции В-лимфоцитов с FcG-, Fcm- и СЗ-рецепторами давали отрицательную или слабую мелкогранулярную реакцию на этот фермент. Среди клеток, не несущих выявляемых поверхностных рецепторов, встречались лимфоциты с умеренной или высокойкрупногранулярной реакцией на неспецифическую а-нафтилаце-татэстеразу. Вероятно, в этой популяции присутствовали и плазматические клетки. У больного Д-о (вариант лимфоидного истощения) крупные одно- и двухъядерные клетки лимфатического узла, обычно несущие поверхностные FcG-рецепторы, давали умеренную или выраженную мелкогранулярную реакцию на неспецифическую эстеразу. Возможно, эти клетки являются предшественниками гигантских многоядерных клеток Березовского – Штернберга.

Приведенные данные о цитохимической и иммунологической разнокачественности лимфоцитов пораженных лимфатических узлов у больных лимфогранулематозом имеют определенное значение для понимания патогенеза заболевания, оценки состояния реактивного компонента лимфатических узлов и степени злокачественности процесса.
Как уже указывалось, рядом авторов отмечено увеличение относительного содержания Т-лимфоцитов в очагах поражения. В наших исследованиях несколько повышенное относительное содержание Е+-лимфоцитов обнаружено у трех больных (у двух со смешанноклеточным вариантом и у одного с лимфоидным преобладанием).
Процентное содержание субпопуляций Т-клеток с Fcg-, Fcm-и СЗ-рецепторами в пораженных лимфатических узлах было незначительным. И только при лимфоидной истощении (больной Д-о), когда Т-клетки составляли 23,3%, доля этих субпопуляций, особенно Е+СЗ+, среди Е+-лимфоцитов существенно возрастала. В миндалинах относительное содержание Е+СЗ+-лимфоцитов было также велико, но составляло не более 23,2% всех Т-клеток, в то время как при варианте лимфоидного истощения – 30,1%. Возможно, субпопуляция Е+СЗ+-клеток, обнаруженная в эмбриональном тимусе, является менее дифференцированной, незрелой. В пользу этого говорит и то, что в этом случае в пораженном лимфатическом узле только 61,5% Т-клеток содержали активную кислую фосфатазу.

Следует подчеркнуть, что при повышенном содержании Т-клеток в пораженных лимфатических узлах больных лимфогранулематозом активность кислой фосфатазы в субпопуляциях В-клеток значительно выше, чем у других больных. Ранее нами высказывалось предположение, что кислая фосфатаза активируется в лимфоцитах В-ряда после антигенной стимуляции. В реакциях В-клеток на большую часть антигенов ключевую роль играет субпопуляция Т-клеток-хелперов. У больных лимфогранулематозом с недостаточным количеством Т-клеток и их неполноценностью, выявляемой цитохимически, В-лимфоциты, вероятно, не способны отвечать на Т-зависимые антигены пролиферацией и дифференцировкой в плазматические клетки. Это находит отражение в низкой активности кислой фосфатазы и неспецифической эстеразы и в отсутствии СЗ-рецепторов на поверхности большей части В-лимфоцитов.
В отпечатках лимфатических узлов больных лимфогранулематозом отмечается присутствие крупных одноядерных клеток. Нами была обнаружена цитохимическая разнокачественность таких клеток. Применение иммунологических методов позволило подойти к выяснению природы одноядерных клеток.
Клетки со слабой или умеренной диффузной реакцией на кислую фосфатазу и слабой мелкогранулярной – на специфическую эстеразу образовывали Е-розетки; FcG-, FcM- и СЗ-рецепторы на их поверхности не обнаружены. Часто эти Т-клетки несли Е-рецепторы, устойчивые при температуре 37°. Одно- и двухъядерные клетки больших размеров с более выраженной гранулярной реакцией на кислую фосфатазу и умеренной – на неспецифическую эстеразу присутствовали среди FcG+ и СЗ+-клеток и клеток, не несущих выявляемых рецепторов. Таким образом, крупные клетки были представлены как Т-лимфоцитами (с поверхностным фенотипом Е+ или Ез7+), так и клетками с FcG-и СЗ-рецепторами или без таковых. Т-лимфоциты больших размеров, очевидно, являлись бластными элементами, поскольку они могли образовывать спонтанные Е-розетки с эритроцитами барана при 37°. Вопрос о природе остальных крупных клеток остается открытым, так как и СЗ-рецепторы могут присутствовать как на В-лимфоцитах, так и клетках моноцитарно-макро-фзгального ряда.